4 Коннотации и денотативное значение

Мы ус­тановили, что коннотации, или сопутствующие лексическим значениям стилистические созначения, дают получателю речи информацию о ее отправителе. Можно, по крайней мере, утверждать, что, коннотации информируют нас о характере источника в первом приближении, в самом общем виде. На этом положении основывается одна из прикладных отраслей стилистики — т. е. парастилистика, занимающаяся диагности­кой свойств личности говорящего или пишущего.

Из сказанного выше о коннотациях следует, далее, что, в отличие от денотативных значений языковых единиц, репре­зентирующих предметные (в широком смысле) понятия, несу­щих собственно смысловую информацию о действительности, коннотативные значения («созначения») несут информацию о месте единицы в языковой системе — сообщают нам о типе речевой сферы (официально-деловая, ораторская, поэтическая, научная, обиходно-разговорная речь), для которой типична данная единица, или, в конечном счете, об источнике речи в общем виде.

Однако провести подобное разграничение денотативного и коннотативного, декларировать такое разграничение -- это лишь часть, и притом не самая трудная, общей задачи. Под­линная сложность возникает там, где перед нами встает кон­кретный вопрос, какие именно семы, какие элементарные смыслы могут быть отнесены к разряду денотативных и какие - к области коннотаций, где проходит граница между пред­метно-логическим и коннотационно-стилистическим.

Сложность проблемы заключается в том, что интуитивно очевидное, становясь объектом науки, требует вербальной эк­спликации - четкого словесного объяснения. Научное позна­ние состоит не только в регистрации фактов действительности (свойств объекта, связей и отношений между ними), но и, главным образом, в их категоризации (в отнесении их к тем или иным категориям) и последующей передаче их средства­ми языка. Между тем оценивать ассоциации и стилистические эффекты с помощью слов -- чрезвычайно сложное дело. Не все коннотации репрезентированы в сознании; нередко они не выходят за пределы диффузных ощущений и реминисценций.

В теории, в общем конструкте (модели) стилистики предполагается, что денотативное н коннотативное суть величины разнопорядковые и несоизмеримые. На деле они взаимопрони­цаемы: далеко не всегда можно решить, где кончается дено­тативное и начинается коннотативное.

В теории предполагается, что ввиду информационно-ком­муникативного назначения речи предметное содержание в принципе должно всегда доминировать над коннотациями. Предметные значения составляют основу информации, коннотационно-стилистические лишь сопутствуют сообщению. В идеальном случае языковой манифестант не должен нести специальную информацию о системе, к которой он принадле­жит. В большинстве повседневных коммуникационных актов форма сообщения безразлична для говорящего и слушателя— информация о форме остается за порогом сознания. Когда же подобная информация актуализуется, становится существен­ной -- тогда сообщение перестает быть идеальным в энергетическом плане: знак языка в соответствии со своим назначе­нием должен экономить энергию — он служит для того, чтобы репрезентировать действительность, а не пытаться воссозда­вать ее, как делали фантастические обитатели одного из по­сещенных свифтовским Гулливером островов, заменившие звуковую речь демонстрацией самих материальных предметов. Заметим, что почти полное воссоздание действительности име­ет место лишь в такой форме ее художественного отражения, как театральное искусство. Однако и в некоторых видах собст­венно речевой деятельности налицо формальная избыточность - гипертрофированное внимание к плану выражения. Наи­более очевиден примат формы над содержанием в пародии. Информация о системе, о форме есть важнейшая или единст­венно существенная часть всей информации, сообщаемой произведениями этого жанра. Можно определить пародию как сообщение, несущественное содержание которого несет един­ственно существенную информацию о форме - - как сообще­ние, важнейшая часть содержания которого есть форма этого сообщения. Гипертрофия подтекста в художественной лите­ратуре, известный «принцип айсберга» у Хемингуэя - - это также образцы превращения коннотаций в главную цель со­общения. Обычное соотношение ролей денотации и коннотации инвертируется.

Сложность, практическая невозможность их четкого раз­граничения обусловлена их однородностью, одноплановостью. И денотативное, и коннотативное относятся к области значе­ния, имеют семную структуру, могут быть в конечном счете описательно охарактеризованы. Налицо тенденция к взаимо­заменимости функций денотативиого и коннотативного.